Бестиарий, существа, мифология, мифы и легенды, арты
Аист в славянском бестиарии — положительный персонаж. Бестиарские трактовки животных обычно имеют христианскую подоплёку и делят зверей на чистых, славящих Бога, и демонических прислужников Дьявола. Аист говорит: «Что есте прежде Бога судите и гадаете: что Бог дастъ, то и будетъ»; бусел также молвит, что Воскресением своим весь народ с пекла освободил. Он служит аллегорией чистоты любви — сыновней, родительской и супружеской.
«Физиолог» называет аиста чадолюбивой птицей: самец приносит корм, самка сторожит птенца, они по очереди кормят птенцов и стерегут гнездо. Человеку предлагается по этому примеру не забывать молиться утром и вечером и не забывать церкви, тогда дьявол не одолеет. В славянских бестиариях аист символизировал сыновнюю любовь: родившим себя воздают благодеяния, то есть изнемогших кормят. Позднее такая забота о родителях перешла на удода, а аист остался символом супружеской чистоты и верности: буско — наичистейшая птица, самцы не призывают самок к смешению похотью и не совокупляются по нужде.
Славяне склонны были объединять под одним именем белого пеликана, журавля и аиста, совокупно называя их «боцан»: «Бусюл, или боцан жеравль бѣлыi или стергъ, или неѧсыть — все то едино». Неясыть — один из вариантов именования пеликана. До XIX века аист среди восточных славян был известен только белорусам и украинцам, на Россию его ареал не распространялся. Ещё одно название — (х)асида (не путать с бестиарским страусом ассидой); это книжное наименование от древнееврейского חוריתא («хасида»), буквально «Белая» или «Белая дейя». В трактате Хулин (63а) от имени рава Иехуды говорится: «Кто такая хасида? — Это белая дейа. — А чему она называется хасида? — Потому что проявляет милосердие по отношению к своим подругам».
Талмудический интерес к бестиарию имел гастрономический оттенок. Раббейну Иерухам (XIII–XIV века, Прованс, Испания) писал, что «сигония», гнездящаяся на высоких домах, — чистая птица, как гусь, с широкими ногами, не хищник; он получил по традиции, что она чистая, и видел места, где её разрешают в пищу. Раббейну Ашер (РОШ) (XIII–XIV века, Германия–Испания) сообщал, что в его земле и в Испании не едят птиц, гнездящихся на домах и едящих лягушек, называемых «сигония», а по-еврейски «хасида», но там, где их едят, считают чистой по традиции. «Сигония» — латинское название аиста. Исидор Севильский объяснял его как «cicaniae» по звуку, который птицы производят клювом, а не голосом; аисты — провозвестники весны, живут стаей, враждебны змеям, перелетают моря вместе и вереницей следуют в Азию, вороны служат им вожаками. Они согревают неоперившихся птенцов, вырывая собственный пух; сколько времени аисты выкармливают птенцов, столько и птенцы кормят состарившихся родителей. Плиний также писал, что неизвестно, откуда и куда улетают аисты; они отправляются и прибывают ночью, перед отлётом собираются в определённом месте и улетают вместе, будто дата установлена заранее. В Азии на открытых полях, называемых Pythonos Comen, они собираются, переговариваются и терзают прилетевшую последней; после августовских ид там их не видят. Некоторые утверждают, что у аистов нет языка. Их высоко ценили за убийство змей: в Фессалии убить аиста считалось преступлением, наказуемым как человекоубийство. Аисты используют душицу как лекарство, когда больны, возвращаются в то же гнездо каждый год и заботятся о родителях в старости.
