Скинвокеры, Skinwalkers — оборотень из мифологии североамериканских индейцев

В фольклоре и мифах народа динэ (также известного как навахо), живущего на территории современных США, заметную роль играют существа, называемые Йе Наалдлоошии. По-английски этих монстров обычно называют «скинвокерами», что отсылает к их способности превращаться в животных. Чаще всего Йе Наалдлоошии принимают облик койотов, волков, медведей, а иногда и птиц, например сов. Слово «Йе Наалдлоошии» приблизительно переводится как «тот, кто передвигается при помощи всех четырёх конечностей», то есть тот, кто перемещается, превращаясь в четвероногое животное. Они также способны управлять телом человека против его воли, но для этого должны сначала встретиться с жертвой взглядом.

Хотя этих монстров описывали как «индейский вариант оборотней», они представляют собой нечто большее. Скинвокер абсолютно злодейски настроен, его считают «противоположностью» шаманов. Насколько можно понять, шаманы, или знахари, в культуре динэ — глубоко уважаемые члены общества, с которыми связаны такие ценности, как мудрость, ум и честь. Скинвокеры же — ведьмы, олицетворяющие противоположное: зло и подлость, предательство исподтишка. Если знахари и знахарки обращаются к духам, чтобы исцелять и давать людям советы, то скинвокеры занимаются тёмной магией и проводят извращённые обряды ради злых целей. Иными словами, их магия — извращённый аналог магии шаманов.

Скинвокерами не рождаются: когда-то они сами были шаманами динэ. Но они не смогли вынести ответственности, связанной с изучением магии, предали свой народ и в конце концов утратили человечность, превратившись в искажённых злых монстров. Чтобы стать скинвокером, по ритуалу необходимо убить близкого родственника. Несмотря на тёмную магию, эти существа не неуязвимы: есть истории о народных героях, которым удавалось убить Йе Наалдлоошии.

У скинвокеров есть и другие способности, но они остаются плохо понятыми для посторонних, поскольку динэ не любят делиться своими мифами и историями с людьми не их народа. Адриенн Кин, активистка чероки, утверждала, что эти истории «не следует обсуждать с посторонними».