Инкуб — персонаж средневековой европейской демонологии, распутный демон, который ищет близости с женщинами. В христианской мифологии его относили к низшей демонической сфере: он не управляет миром и не равен падшему ангелу высшего чина, но действует рядом с человеком — в спальне, в ночном сне, в минуту слабости. Само слово incubus восходит к латинскому incubare — «возлежать сверху»; в текстах встречаются также формы «инкубон» и «инкубониус». Немецкая традиция знала его под именем alb.
Кто такой Инкуб в мифологии? Это не просто эротический образ. Для средневекового сознания инкуб был объяснением сразу нескольких пугающих явлений: сладострастных сновидений, ночного удушья, внезапной болезни, измены, рождения ребёнка «не от мужа» и даже одержимости. Его парой считался суккуб — демон, являющийся мужчинам. Вместе они образовали устойчивую демонологическую схему, в которой соблазн, грех и страх перед невидимым миром соединились в один сюжет.
Инкуб — существо из легенд, но его образ оказался на удивление живучим. Он прошёл через трактаты демонологов, признания ведьм, литературу романтизма и современную массовую культуру. Ниже — происхождение инкуба, его описание, способности, легенды и место в культуре.
Происхождение и первые упоминания
Средневековые демонологи не изобрели инкуба на пустом месте. Истории о связи человека с духами, демонами и языческими богами встречаются у разных народов. Христианская демонология лишь придала этим рассказам строгую форму: разделила духов на чины, связала их с грехом и включила в систему церковного суда над ведьмами.
Имя и этимология
Латинское incubus указывает на положение сверху — тот, кто «возлежит» на спящем. Отсюда же позднейшие «инкубон» и «инкубониус». В немецкой традиции закрепилось имя alb. Такая множественность названий показывает, что образ складывался из разных местных поверий, а не из одного книжного источника.
Античные и народные корни
В древнегреческой мифологии Зевс вступал в связи со смертными женщинами; пример — Семела, родившая ему Диониса. Греки знали и духа, которого называли эфиальт — «наскакивающий». Римляне считали инкубов духами и приписывали им то, что славянская традиция позже связывала с домовым: ночное набрасывание на сонного человека, пугание, давление во сне. Римляне же относили инкубов к одной породе с фавнами и сильванами.
- Греция: эфиальт — дух, сближавшийся с ночными видениями и нападением на спящего.
- Рим: инкубы — духи ночи, родственные фавнам и сильванам.
- Славяне: инкуб связывался с Летающим, или Огненным, змеем.
Инкуб и суккуб
Суккуб — женский аналог инкуба: демон, который является мужчинам. В демонологических трактатах они нередко описывались как одна и та же сила, меняющая обличье. Именно поэтому связь с суккубом осуждалась особенно строго: за женским образом видели того же дьявола.
Внешний вид и символика
Описание инкуба в источниках редко бывает приятным. Чаще всего его представляли безобразным существом, часто похожим на козла — один из устойчивых образов дьявола. В «Compendium Maleficarum» (1608) говорится, что инкуб способен принимать и мужское, и женское обличье: иногда он является как мужчина в расцвете сил, иногда как сатир, а перед женщиной, известной как ведьма, — как похотливый козёл.
Человеческий облик и звериные маски
Инкуб мог выглядеть и как человек, и как зверь. Среди его образов называют собаку, кошку, оленя, быка, косулю, птицу — особенно ворона или аиста, а также змею. Важная деталь: даже звериный облик не мешал инкубу иметь плотские отношения с женщиной. В этом проявлялась характерная для средневековой демонологии мысль — демон сохраняет свою природу под любой маской.
- Козёл и сатир — самые узнаваемые образы, связанные с похотью и дьяволом.
- Мужчина в расцвете сил — соблазнительный облик, особенно опасный для женщины.
- Звериные формы — собака, кошка, олень, бык, косуля, ворон, аист, змея.
Ночь, сумерки и телесность
Поздние суеверные рассказы называют инкуба бесплотной тенью. Но такой он не всегда: когда исчезает дневной свет или становится темно и сумеречно, инкуб принимает вид мужчины. Ночь — его время, а сон — та дверь, через которую он входит в человеческую жизнь.
Способности и сверхъестественные свойства
Главный вопрос, который мучил демонологов, звучал просто: как бесплотный дух может сходиться с женщиной? Ответы предлагались разные, и в них инкуб раскрывается как существо не столько «похотливое», сколько технически изобретательное в рамках средневековой картины мира.
Как демон обретал тело
Поздний демонолог Синистари, умерший в 1701 году, объяснял, что демон способен принять телесную оболочку, вселяясь в другого человека или создавая себе тело из различных материалов. Другие полагали, что для этих целей демоны используют трупы, особенно тела недавно повешенных людей. Такая телесность мыслилась не постоянной, а временной: демон надевает её, как маску, чтобы добиться своей цели.
Семя инкуба и зачатие
Ещё больше споров вызывал вопрос о семени инкуба. Одни считали, что от инкуба можно забеременеть: демон собирает семя трупов или семя, испускаемое во время ночных извержений и мастурбаций, и благодаря скорости и знанию физических законов сохраняет его в естественной теплоте. В «Молоте ведьм» утверждается, что демоны в качестве суккубов собирают мужское семя, хранят его в своём теле, а затем в качестве инкубов оплодотворяют женщин, сообразуясь с положением звёзд, чтобы потомство изначально было предрасположено ко злу под влиянием планет.
- Версия о реальном зачатии: демон переносит семя и сохраняет его теплоту.
- Версия о подделке: семя инкуба — лишь имитация, иногда очень плохая.
- Версия о подмене: ребёнок от инкуба — похищенный младенец, которого демон выдаёт за рождённого.
Противники идеи зачатия ссылались на признание Жанны д’Абади перед Пьером де Ланкром: семя дьявола было необычайно холодным, так что забеременеть от него она не могла. Этот мотив — холодное, неживое семя — хорошо передаёт страх перед демонической близостью: она обещает удовольствие, но приносит холод и бесплодие.
Дети инкуба
Если дети от инкуба всё же появлялись, их описывали не менее безобразными, чем родителей. Иногда такие описания напоминают рассказы о паразитах — глистах и ленточных червях. Некоторые истории о рождении ребёнка от демона больше похожи на попытку оправдать супружескую измену: женщина объясняла, что к ней во сне являлся дух мужа, пока настоящий супруг был далеко от дома.
Зачем демону женщина
Причины, по которым инкубы стремились к женщинам, объясняли по-разному. Одни говорили о необузданной похоти и стремлении к извращениям. Другие — о желании унизить человека: духи «не могут испытывать ни радости, ни удовольствия», поэтому сходятся с людьми, чтобы втайне насмехаться над своими горе-любовниками. Третьи считали, что демоны и духи природы завидуют бессмертию человеческой души и хотят дать такую душу своему потомству через союз с людьми.
Девственность, грех и инквизиция
Считалось, что инкуб не может соблазнить девственницу: его чары не действуют на неискушённых. В этом мнении сходится большинство источников. Связь с инкубом расценивалась как более тяжкий грех, чем супружеская измена: её приравнивали к скотоложству. Связь с суккубом приравнивали к мужеложству, поскольку суккуб — тот же дьявол в женском обличье. С расцветом инквизиции и судов над ведьмами описания становились всё страшнее: в ранних рассказах люди признавались в невероятных удовольствиях от демонических любовников, в поздних — в невыносимых болях.
Мифы и легенды
Инкуб — существо легенды, и его сюжеты почти всегда разворачиваются ночью. Он приходит, когда человек спит или находится на границе сна и яви. Поэтому рассказы об инкубе тесно связаны со сновидениями, ночным удушьем и страхом перед темнотой.
Ночные посещения и сладострастные сны
Сладострастные сновидения, особенно у женщин, приписывались посещениям инкубов. Ночное набрасывание на сонных людей и пугание также входили в круг этих поверий. В качестве лекарства от удушения инкубами называли цветок пэонии, который собирали с соблюдением суеверных обрядов по ночам.
Клады и шапка-невидимка
По другим поверьям, напоминающим русские рассказы о домовых, инкубы считались хранителями домашних богатств и кладов. Клад можно было легко отыскать, если удавалось стащить у инкуба его шапку-невидимку. Здесь инкуб не только ночной соблазнитель, но и хозяин скрытого пространства — подземного или домашнего.
Ведьмы и признания
В эпоху охоты на ведьм инкуб стал обязательным персонажем признаний. Женщины рассказывали о демонических любовниках, о союзе с дьяволом, о детях, рождённых от нечистой силы. Судьи и демонологи искали в этих рассказах подтверждение своей картины мира, а обвиняемые — объяснение несчастий, болезней и собственных снов.
Легенда о холодном семени
История Жанны д’Абади и Пьера де Ланкра показывает, как внутри самой демонологии существовали разные взгляды. Если одни доказывали возможность зачатия от инкуба, то другие подчёркивали: демоническое семя холодно и бесплодно. В обоих случаях инкуб оставался существом, которое вторгается в человеческую природу и искажает её.
Роль в культуре и современности
Образ инкуба оказался удобным для литературы и кино: он соединяет эротику, страх и тайну. В Новое время инкуб постепенно превращается из объекта церковного осуждения в персонажа светской культуры — иногда зловещего, иногда иронического, иногда трагического.
Литература
Инкубы упоминаются в фантастической юмористической повести братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу» и в готическом романе Джеймса Риза «Книга теней». В трагедии Гёте «Фауст» инкуб появляется как дух земли — домовой. В пенталогии Сергея Лукьяненко «Ночной дозор» светлый маг Игнат, обладающий ментальной магией, ассоциируется с инкубом; в «Дневном дозоре» ведьма Алиса Донникова подозревает, что её любовник Игорь Теплов — инкуб.
- Жорис Карл Гюисманс уделяет внимание инкубам в книге «Геенна огненная».
- Валерий Брюсов обращается к этому образу в «Огненном ангеле».
- Ален Лекс делает инкубом герцога Л’эрта Саранциа в трилогии о глазах дракона.
- Л. Гамильтон пишет об инкубе в книге «Сны инкуба».
- Умберто Эко в «Имени розы» вкладывает упоминание инкуба в обвинения старого монаха Убертина Казальского.
- Стивен Кинг в «Тёмной башне» использует мотив инкуба, оплодотворяющего Сюзанну семенем Роланда.
- Ольга Громыко в рассказе «Курортный роман» делает инкуба одним из главных героев.
- Джим Батчер в «Досье Дрездена» представляет инкубов вампирами, питающимися эмоциями людей.
В романе «Ребёнок Розмари» Айри Левин и в одноимённом фильме Романа Полански инкуб отождествляется с сатаной, который избирает героиню матерью своего сына и оплодотворяет её во сне. Встречается инкуб и в романе Евгения Гаглоева «Пандемониум» — под видом Огненного Дракона, которому способности инкуба нужны, чтобы родить сына для собственного воскрешения.
Кино и сериалы
На экране инкуб появляется в сериале Blood Ties, в эпизоде «Любить больно», в «Зачарованных», в фильме Ink и в Paranormal Entity («Паранормальная сущность»). В 2011 году он фигурирует в одной из серий «Дневников Тёмного», тогда же выходит фильм «Инкубус». Инкуб встречается в сериале «Зов Крови» (4 сезон, 9 серия) и в «13 клинической» (1 сезон, 2 серия). Его образ угадывается в фильме «It follows», хотя прямо там он не назван.
Почему образ не исчез
Инкуб живуч потому, что говорит о вещах, которые не ушли из культуры: о границе сна и яви, о сексуальности и страхе, о чувстве, что тобой управляет чужая воля. В современной культуре он всё чаще становится метафорой — соблазна, одиночества, зависимости или внутреннего монстра. Именно поэтому средневековый демон продолжает появляться в книгах и сериалах, меняя облик, но сохраняя главную функцию — приходить ночью и нарушать границу человеческого.
- Суккуб — демон, являющийся мужчинам; в демонологии считается той же силой, что и инкуб, но в женском обличье.
- Эфиальт — греческий дух, чьё имя означает «наскакивающий»; один из античных предшественников ночного демона.
- Фавны и сильваны — римские духи природы, к одной породе с которыми римляне относили инкубов.
- Огненный змей — славянский образ, с которым связывали инкуба.
- Мара и Линкетто — родственные демонические персонажи, упоминаемые в демонологической традиции.
В нашем бестиарии к кругу демонических и чудовищных образов относятся также Якул, Офанимы, Бегемот, Левиафан и Бельфегор. Они принадлежат другим легендам, но помогают увидеть, как средневековая и более поздняя традиция выстраивала иерархию зла и наделяла невидимые силы конкретными образами.
