Бурятская мифология — это совокупность мифологических представлений бурят, народа Прибайкалья. Хотя буряты делятся на несколько племенных групп, их мифологические системы имеют множество общих черт: одни и те же персонажи, схожие сюжеты и мотивы. Особенно хорошо изучена мифология булагатов, эхиритов и хоринцев — именно эти традиции дают наиболее полную картину.
Бурятская мифология прошла два больших этапа — дошаманский и шаманский. В XVII–XIX веках она испытала незначительное воздействие буддизма. При этом шаманские мифы лучше всего сохранились у бурят Прибайкалья: приняв православие в 1700–1800-х годах, они по сути продолжали придерживаться шаманства, поэтому древние представления не были вытеснены.
Наиболее ценную информацию о ранней мифологии бурят дают улигеры — эпические героические сказания. Среди них особое место занимает «Абай Гэсэр», а его главный герой Гэсэр стал одним из центральных образов всей бурятской эпической традиции. Именно из улигеров исследователи черпают сведения о богах, духах, чудесных существах и устройстве вселенной.
История и источники
История изучения бурятской мифологии тесно связана с собиранием и публикацией улигеров. Эти сказания передавались сказителями-улигершинами из поколения в поколение и нередко исполнялись нараспев, что помогало сохранять точность формул и сюжетов. Для исследователей наибольшее значение имел эпос «Абай Гэсэр»: он содержит не только богатырскую историю, но и целые пласты архаических представлений о происхождении мира, богов и людей.
Улигеры и сказители
Улигеры — не просто героические поэмы. В них сохранились архаичные мифологические сюжеты, которые в более поздних обрядах и верованиях уже утратили первоначальный смысл. Сказители часто знали несколько вариантов одного и того же сказания, и благодаря этому до исследователей дошло богатое разнообразие версий.
Этапы развития
В развитии бурятской мифологии выделяют дошаманский и шаманский периоды. Для дошаманского периода характерны дуалистические представления и ранние космогонические мифы. В шаманский период складывается стройная небесная иерархия, появляется чёткое деление божеств на добрых и злых, а мифология тесно переплетается с обрядовой практикой.
Буддийское влияние и сохранение шаманства
В XVII–XIX веках бурятская мифология испытала незначительное воздействие буддизма, пришедшего через тибетско-монгольскую традицию. Однако буддийские образы не вытеснили древние представления, а во многом сосуществовали с ними. У бурят Прибайкалья, принявших православие в 1700–1800-х годах, шаманские мифы сохранились особенно хорошо: по сути, люди продолжали придерживаться шаманства и после формального крещения.
Мифологическая картина мира
Дуализм и трёхчастность
В ранний период бурятской мифологии были распространены дуалистические представления о мире — противопоставление света и тьмы, добра и зла, верха и низа. Постепенно сложилось деление пространства на три мира — верхний, средний и нижний, а времени — на прошлое, настоящее и будущее. Эти представления были твёрдо связаны с образом мирового древа, которое соединяло миры и служило осью вселенной.
Космогонические мифы
Известно несколько вариантов космогонических мифов, повествующих о создании вселенной. В некоторых из них творцом земли выступает богиня Эхэ Бурхан, одновременно являющаяся матерью первых небесных божеств. Её две дочери — добрая Манзан Гурме и злая Маяс Хара — создали всё добро и зло на земле, включая самих богов. Таким образом, уже на уровне космогонии бурятская мифология объясняет наличие в мире противоположных начал.
Мировое древо
Мировое древо — один из ключевых образов бурятской мифологии. Оно соединяет верхний, средний и нижний миры, а его ветви, ствол и корни соответствуют трём уровням вселенной. По этому древу, согласно шаманским представлениям, странствует шаман во время камлания: он поднимается к небесным богам или спускается к духам нижнего мира. Образ мирового древа роднит бурятскую мифологию с мифологиями многих народов Сибири и Центральной Азии.
Боги и божества
Эхэ Бурхан и первые божества
В начале дошаманского периода боги имели в основном вид тех стихий или существ, которых они олицетворяли. Однако уже тогда стали появляться боги с человеческим, антропоморфным обликом. К ним относятся громовержец Хухедей-мерген, хозяин воды Уха Лосон, мать всех добрых тенгри бабушка Манзан Гурме, хозяева леса Орьел и Сорьел и некоторые другие. Постепенно боги всё больше приобретали черты людей — у них появились семьи, родственные связи и характеры.
99 тенгри
С развитием шаманства дуалистическая структура сохранилась, но небесный пантеон был разбит на чёткие числовые группы. Высший пантеон стал насчитывать 99 небесных божеств — тенгри. Из них 55 были «западными», то есть добрыми, а 44 — «восточными», то есть злобными. Такое деление отражало общее для бурят представление о равновесии светлого и тёмного начал.
Раскол небесного пантеона
Согласно мифам, раскол божеств произошёл после смерти их общего повелителя Асаранги-тенгри, пользовавшегося всеобщим уважением. После его смерти власть стали оспаривать два бога: Хормуста (Хан Хурмас), возглавивший западных тенгри и сместивший Манзан Гурме, и Ата Улан, возглавивший восточных тенгри и сместивший Маяс Хару.
У балаганских бурят сохранился вариант мифа, объясняющий происхождение зла. Хан Хурмас и Ата Улан одновременно посватали своих сыновей к Наран — дочери Саган Себдега, жившего на небе между восточными и западными тенгри. Между богами произошёл поединок, в котором победил Хурмас: он разорвал Ата Улана на части и бросил их на землю. Там части тела Ата Улана превратились в различных злобных духов, которые и создали зло и болезни.
Добрые боги
Добрых богов в бурятской мифологии было много. Из числа наиболее популярных известны бабушка Манзан Гурме и её девять сыновей и девять дочерей, а также Эсеге Малан — божество ясного неба, и Гужир Саган. К добрым началам относились и Наран (солнце), и Хара, олицетворявшая луну.
- Манзан Гурме — мать всех добрых тенгри, покровительница добра, мудрости и плодородия.
- Эсеге Малан — божество ясного неба.
- Гужир Саган — светлое божество, входящее в круг добрых тенгри.
- Наран — солнце, дочь Саган Себдега.
- Хара — луна, олицетворение ночного светила.
Злые боги
Пантеон злых богов возглавляла Маяс Хара, её тринадцать сыновей и дочерей, Архан шутыр, глотавший солнце, и Алха, глотавший луну. Именно их буряты считали ответственными за солнечные и лунные затмения. Кроме того, существовало множество безымянных многоголовых чудищ, которых всех вместе именовали мангысами (вариант — мангадхаи).
- Маяс Хара — глава злых богов, сестра Манзан Гурме.
- Архан шутыр — пожиратель солнца, причина солнечных затмений.
- Алха — пожиратель луны, причина лунных затмений.
- Мангысы (мангадхаи) — многоголовые чудовища, собирательное название враждебных существ.
Духи и демоны
Происхождение злых духов
Бурятская мифология объясняет появление злых духов через миф о гибели Ата Улана: разорванный на части, он превратился в множество вредоносных духов, несущих болезни и несчастья. Этот сюжет важен тем, что зло в мире не изначально, а возникает как следствие конфликта между богами.
Мангысы
Мангысы — общее название многоголовых чудовищ, противостоящих людям и богатырям. В улигерах они выступают как противники героев, воплощая хаос и разрушение. Число голов мангыса могло быть разным, и это подчёркивало его чудовищность. С враждебными чудовищами улигеров связан и образ Жабдара — существа из бурятского эпического круга.
Духи-хозяева
Помимо великих богов, в бурятской мифологии существовали духи-хозяева мест: лесов, вод, гор. Хозяином воды был Уха Лосон, леса находились под властью Орьела и Сорьела. Почитание таких хозяев составляло основу шаманских обрядов, направленных на то, чтобы обеспечить удачу в охоте, рыболовстве и скотоводстве. Считалось, что духи-хозяева могут как помогать человеку, так и наказывать его за небрежение.
Мифические существа и животные
Бурятская мифология богата образами чудовищ, птиц и зверей. Одни из них связаны с космическими явлениями, другие — с эпическими сюжетами, третьи — с шаманскими представлениями о духах-помощниках.
Чудовища и волшебные птицы
Помимо мангысов, в бурятских мифах и улигерах встречаются отдельные чудовища и волшебные животные. Среди них выделяются пожиратели светил — Архан шутыр и Алха, а также Муу шубуун («злая птица»), воплощающая враждебное, губительное начало. Такие образы часто соединяют в себе черты животных и демонов и воспринимаются как олицетворение опасных сил природы.
Список ключевых существ
- Гэсэр — герой эпоса «Абай Гэсэр», богатырь-защитник людей.
- Жабдар — враждебное существо бурятской мифологии.
- Муу шубуун — «злая птица», демонический образ.
- Мангысы (мангадхаи) — многоголовые чудовища, враги героев.
- Архан шутыр — чудовище, глотающее солнце.
- Алха — чудовище, глотающее луну.
Другие миры и загробная жизнь
Бурятская мифология делит вселенную на три мира: верхний, где обитают небесные боги-тенгри, средний, в котором живут люди, и нижний, населённый злыми духами и чудовищами. Такая трёхчастная модель характерна для многих шаманских традиций и подчёркивает связь бурятских представлений с общими мифологиями народов Центральной Азии.
Верхний мир
Верхний мир — обитель 99 тенгри. Здесь решаются судьбы вселенной, здесь происходит соперничество западных и восточных богов. Верхний мир мыслился как источник света, порядка и жизненной силы, хотя и в нём возможны конфликты между божествами.
Средний мир
Средний мир — земля, где живут люди, животные и духи-хозяева. Именно здесь разворачиваются события улигеров, здесь герои сражаются с чудовищами и защищают людей. Средний мир считается местом, где особенно важны обряды и соблюдение традиций.
Нижний мир
Нижний мир — царство злых духов, мангысов и болезней. Сюда, согласно мифам, попали части тела Ата Улана, превратившиеся во вредоносных духов. Шаманские представления связывали с нижним миром и загробное существование: смерть понималась как переход души в иной мир, а обряды помогали душе найти правильный путь.
Загробная жизнь
Представления о загробной жизни у бурят связаны с шаманскими верованиями. Считалось, что душа человека продолжает существовать после смерти и нуждается в заботе живых — через поминальные обряды и жертвоприношения. Нарушение этих обрядов могло, по верованиям, привести к тому, что душа станет вредоносным духом.
Место в культуре и современности
Бурятская мифология остаётся живой частью культуры. Улигеры исполняются на праздниках и фестивалях, образы Гэсэра и Манзан Гурме вошли в литературу, театр и изобразительное искусство. Шаманские обряды, несмотря на влияние буддизма и православия, сохранились у части бурят и сегодня.
В современной Бурятии сосуществуют шаманизм и буддизм, и многие мифологические персонажи почитаются в обеих традициях. Учёные продолжают изучать улигеры и обрядовый фольклор, а интерес к бурятской мифологии поддерживается как в России, так и за рубежом — как к части общемонгольского и центральноазиатского культурного наследия.
Для читателей, интересующихся мифологией народов мира, бурятская традиция ценна тем, что сохранила древние пласты представлений о мире, богах и духах. Её персонажи — от грозных тенгри до многоголовых мангысов — позволяют увидеть, как люди объясняли природу зла, света и человеческой судьбы.